(К 90-летию «кузницы» инженерных кадров на Урале)
Уральский политехнический ин¬ститут имени С.М. Кирова (затем Уральский государственный технический университет им. Б.Н. Ельцина, сегодня — Уральский федеральный университет им. Б.Н. Ельцина) в октябре отмечает своё 90¬летие.
А в 1920 году в институт было принято 136 студентов, их обучали 78 преподавателей, в том числе 13 профессоров. С первых лет своего существования УПИ вошёл в число крупнейших технических вузов СССР, готовя кадры перед предстоящей индустриализацией. В те годы за кафедрами аудиторий стояли серьёзные специалисты, — это директора и главные инженеры свердловских предприятий, видные учёные, достаточно назвать известного учёного, инженера, профессора Грум­Гржимайло.
А в 1929 году из структуры института (экономические нужды заставили) выпочковался Уральский строительный институт (УСИ размещался на ул. 8 Марта), что впоследствии на протяжении десятилетий нам известен как стройфак. Правда, до стройфака в УПИ были курсы прорабов, которые в 1929 году выпустили 26 курсантов, а студенты занимались по сокращённой трёхлетней программе. С самого начала было заведено, что до третьего курса студентам преподавали знания общетехнические, а затем начинались лекции и занятия непосредственно по специальности. 
Если говорить о масштабах УГТУ—УПИ им. Б.Н. Ельцина сегодняшних дней — это более 23 тысяч студентов всех отделений, а за 90 лет «кузница» выпустила более полутора миллиона специалистов, включая кадры для Чехословакии, Румынии, Польши, Болгарии, Кореи, Монголии и Китая. 
Воистину, «кузница» инженерных кадров! 
«Нельзя объять необъятное», — заметил Козьма Прутков, поэтому подробнее остановимся на стройфаке, на который поступил в 1949 году и который в 1955 году закончил первый всенародно избранный Президент России, имя которого теперь носит прославленный университет. 
Любой выпускник любого вуза трепетно относится к Alma mater и говорит о том, как повезло ему с преподавателями. Не исключение и стройфак.
Начнём с декана. Профессор Станислав Андреевич Рогицкий, доктор технических наук, уже тогда был учёным с мировым именем — в те 50¬е годы стал членом¬корреспондентом Академии строительства и архитектуры. У выпускников тех лет об этом преподавателе и руководителе факультета остались самые добрые воспоминания, в том числе и такое. Видя грустные лица своих студентов, он поинтересовался причиной. Оказалось, что у его учеников довольно тяжёлая финансовая ситуация. Рогицкий тут же распорядился о выдаче стипендии в долг из своих личных средств.
А с любимым студентом Ельциным он поставил эксперимент. На экзамене по теории упругости сказал:
— Вы, возможно, будете отвечать без подготовки. Вы же у нас спортсмен, чего вам готовиться? 
В итоге — поставил четвёрку. Потом лично предлагал пересдачу на «отлично» — он хорошо помнил, что именно этот студент единственный, кто решил наитруднейшую задачу. А настойчивых и способных он любил.
А как не сказать о лекциях по архитектуре? Их читал педагог, архитектор Константин Трофимович Бабыкин.
Личность преинтереснейшая. Он одевался, как всегда, безукоризненно, даже изящно — в костюме¬тройке, при белоснежной рубашке. Говорил медленно, с достоинством. Любую консультацию, практическое занятие по курсу «Черчение» начинал с проверки правильности заточки карандашей, он считал, что карандаш — это рабочий инструмент любого архитектора, проектировщика.
В отличие от Рогицкого у Константина Трофимовича не было ни званий, ни учёных степеней, но… Даже сегодняшние екатеринбуржцы могут любоваться зданиями, возведёнными по его архпроектам. Это Дом профсоюзов на берегу Исети, это и центральная часть главного здания УПИ с колоннадой, вестибюлем и актовым залом…
Педагоги старой закалки были действительно интеллигентами. Профессор Борис Александрович Сперанский, читавший курс по металлоконструкциям, учёный с мировым признанием, ко всем студентам обращался только на «вы», а чаще всего по имени и отчеству. Думали шутит, нет, это было на полном серьёзе. Благодарные ученики оставили свои воспоминания об учителях в книгах. Как и сам Борис Николаевич, его однокашники, среди которых Яков Ольков, Андрей Могильников, Павел Богдашин и Александр Юзефович, в своих мемуарах очень тепло отзывались о своих учителях. Это Ю.А. Каширский (лекции по железобетону), зам. декана Е.В. Воронина (заботилась о стипендии), доцент И.И. Пономарёв (кафедра строительных конструкций), преподаватель физики Б.Б. Купровский, доктор физико¬математических наук, профессор Барбашин с кафедры высшей математики, преподавательница английского языка М.М. Коркия, доцент Л. Корженко (кафедра «Основания и фундаменты»), декан стройфака (1955 г.) Г.П. Дорошинский, Г.А. Пруденский, В.Л. Чекасин, М.И. Чистяков, Г.Н. Смагин, А.А. Антипенко и другие (см. фото).
Особое слово о Н.Н. Мазурове, преподававшем геодезию. Его любили все: не за то, что был строг, чрезмерно требователен, а за опыт, за знания. Все знали, что Николай Николаевич был участником экспедиции по исследованию уссурийской тайги и Дальнего Востока, которую возглавлял В.К. Арсеньев. И не дай Бог допустить ошибку в геосъёмке, в расчётах, — всё это у Николая Николаевича не пройдёт незамеченным. 
Авторитет учителей для каждого студента всегда высок. Даже годы спустя студенты помнят о своих занятиях, сессиях, как сдавали экзамены. А Борису Николаевичу Ельцину довелось не только вспоминать, но и довольно часто возвращаться к их опыту и их знаниям. Был период, когда он руководил домостроительным комбинатом, возглавлял отдел строительства обкома КПСС. И он не раз и не два обращался за помощью и консультацией к людям науки — к ведущим специалистам отраслевых НИИ и, естественно, в родной УПИ. 
Ветеран домостроительного комбината Олег Владимирович Минюхин мне поведал следующее:
— Экономику строительства я постигал у доцента Е.П. Рожкова, того самого, которому Ельцин сдавал экзамен. Он и пригласил нас на одно из своих совещаний, где поручил провести анализ потерь при производстве сборных изделий на заводе. Замечу, что экономика в те годы хотя была плановая, но потери были значительные. Конечно же, порученное задание мы с Рожковым выполнили, о чём мною Борису Николаевичу было подробно доложено.
— Удивляет другое, — продолжил Олег Владимирович, — годы прошли, а он помнил о своём учителе. В итоге скажу: постоянные обращения Б.Н. Ельцина к науке, к опыту учёных благотворно сказались на уровне промышленного и гражданского строительства в уральском регионе. Не случайно, что в те годы у нас открылась областная строительная выставка, проводились масштабные семинары и совещания, на которые за уральским опытом съезжались специалисты со всего СССР.
Продолжая мысль ветерана из ДСК, дополню: опыт учителей из УПИ, опыт самого Б.Н. Ельцина и его однокурсников, многие из которых стали крупными руководителями строительного производства в стране и за рубежом, — этот опыт незримо растворился в повседневной практике строительства сегодняшнего дня. Тут уместно вспомнить успехи в учёбе и науке сотен студентов и аспирантов УПИ, которые удостоены «ельцинской» стипендии. 
Согласен, что нынешняя реальность, а точнее, так называемые рыночные отношения внесли свои коррективы и в жизнь, и в изучаемые на стройфаке дисциплины, но ценность фундаментальных, основополагающих знаний в любой отрасли человеческой деятельности всегда остаются неизменны.
Спасибо за это учителям!

Вадим ЛИПАТНИКОВ